Имам пробуждает мусульман

Безусловно, пленение домочадцев имама Хусейна сыграло немаловажную роль в донесении людям о его священном восстании. Ибо, если бы они не пересказали трагедию, свершившуюся в Кербеле, проявив при этом мужество и терпение, то никогда никому не было бы известно об обстоятельствах гибели имама Хусейна, а Омейяды, в особенности Язид, не были бы столь опозорены и осрамлены. Это событие не возымело бы такого огромного значения, ни была бы возрождена память об этом кровавом сражении. Язид, рассказывая об этих событиях, хотел ввести народ в заблуждение, всячески пытаясь скрыть от мусульман правду. Он изображал эти события таким образом, что якобы отправил своё войско в Кербелу для подавления и уничтожения группы хариджитов(1) Ирака. Кроме того, он говорил, что те головы - головы мятежников и отступников, желающих искоренить Ислам. Однако, куда бы ни вели семейство имама Хусейна, они, вопреки иным пленникам и общепринятому мнению большинства, считавших их сломленными и поверженными, объявляли себя победителями, а врагов – побеждёнными. Из всех оставшихся в живых после сражения при Кербеле, решительную роль в пробуждении народа сыграли его светлость имам Саджад и Зайнаб Кубра (тетя имама по отцу). Несмотря на боль утраты отца, родных и близких, а также последствия перенесённой болезни, которые давали о себе знать, имам верно исполнял свой долг. Для этой цели, он использовал каждый миг своей жизни, дабы просветить умы людей. Так, в Куфе, когда Зайнаб, её сестра и Фатима Сугра произнесли свои пламенные речи, присутствующие были столь посрамлены и сконфужены, что подняли плач. Тогда имам Саджад, сделал знак, призвав их к тишине, и после вознесения хвалы Всемогущему Аллаху и приветствия Пророку, сказал: «О, люди! Я, сын Хусейна ибн Али ибн Аби Талиба! Я, сын того, чьё имущество было разграблено, а семейство взято в плен и приведено сюда! Я, сын того, кто был безвинно убит у реки Евфрат! О, люди! Заклинаю вас Богом, разве не вы писали моему отцу, а когда он принял ваше приглашение, вы убили его? О, люди! Что вы ответите Пророку в Судный День, когда он скажет вам, что вы убийцы его семейства, что вы не отдали ему должного уважения, и, наконец, что вы не принадлежите к его умме?» Речь имама, словно буря обрушилась на куфийцев; жалобный плач раздавался вблизи и вдали. Они плакали, упрекая друг друга в том, что, сами того не зная, обрекли себя на гибель и страдания.(2) Таким образом, его светлость имам смог довести до притупленного сознания народа, значимость кровавой трагедии, произошедшей в Кербеле и указать им на их преступление. Когда семейство имама-мученика привели во дворец ибн Зияда, тот, увидев четвёртого имама, Зейн аль Абидина, спросил: - Кто этот человек? Его осведомили о том, что это Али ибн Хусейн. - Разве Бог не погубил его?! – удивлённо сказал он. - У меня был брат по имени Али, люди убили его, – ответил имам. - Нет, неправда. Бог убил его! – воскликнул ибн Зияд. В ответ имам прочёл следующий аят: «Аллах приемлет души в момент их смерти…»(3) - И ты ещё смеешь возражать мне? – в негодовании сказал правитель Куфы и немедленно приказал убить имама за его смелость. - Ты никого не пощадил из нас и если вознамерился предать смерти Али ибн Хусейна, то убей вместе с ним и меня, - выступила с протестом Зайнаб Кубра. Попросив её светлость Зайнаб не вступать в разговор с ибн Зиядом, имам Саджад пообещал сам поговорить с ним. Затем он обратился к правителю с такими словами: «О, ибн Зияд! Ты угрожаешь мне смертью? Разве тебе не известно, что мученическая гибель на пути Аллаха – наша милость и благодеяние, и что это приносит нам величие?!»(4) (1) Хариджит – участник религиозно-политического движения, возникшего в Омейядском халифате в 7 веке (прим. пер.). (2) «Ихтиджадж», Табарси, стр. 166, изд. в Неджефе 1350 год лунной хиджры. (3) Коран, 39:42. (4) «Лухуф», Ибн Тавус, стр. 144, изд. 1317 г.л. хиджры.