Самостное единобожие в преданиях

Среди преданий предводителей религии также имеются длинные рассуждения о самостном единобожии. Например, Благороднейший Пророк (да благословит Аллах и приветствует его и его род!) сказал о том, в чем заключается познание Бога, которого Он заслуживает: أَنْ تَعْرِفَهُ بِلَا مِثَالٍ وَ لَا شَبَهٍ وَ تَعْرِفَهُ إلَهاً واحِداً خالِقاً قادِراً ، أوَّلاً وآخِراً ، ظاهِراً وباطِناً ، لا كُفوَ لَهُ ، وَلا مِثلَ لَهُ ، وَذَلِكَ مَعرِفَةُ الله حَقَّ مَعرِفَتِه «В том, чтобы познать Его как Того, кому никто не подобен и никто не похож на Него, и познать Его как Бога Единственного, Творца, Могущественного, Первого, Последнего, Явного и Тайного, у которого нет никого равного и никого подобного – это и есть то познание Бога, которого Он заслуживает»(1). В этом благородном хадисе Пророк (да благословит Аллах и приветствует его и его род!) сперва подчеркивает бесподобность Бога, а затем упоминает некоторые доказательные атрибуты (сифат ас-субутийа), после чего вновь возвращается к вопросу единобожия, сообщая о том, что Бог свободен от того, чтобы обладать чем-то подобным Ему. Повелитель Правоверных ‘Али (мир ему!), когда в разгар Верблюжьей битвы ему задали вопрос о слове «таухид», указал на четыре значения этого слова, из которых только два достойны применения в отношении Бога: فَأَمَّا اَللَّذَانِ لاَ يَجُوزَانِ عَلَيْهِ فَقَوْلُ اَلْقَائِلِ وَاحِدٌ يَقْصِدُ بِهِ بَابَ اَلْأَعْدَادِ فَهَذَا مَا لاَ يَجُوزُ لِأَنَّ مَا لاَ ثَانِيَ لَهُ لاَ يَدْخُلُ فِي بَابِ اَلْأَعْدَادِ ... وَ قَوْلُ اَلْقَائِلِ هُوَ وَاحِدٌ مِنَ اَلنَّاسِ يُرِيدُ بِهِ اَلنَّوْعَ مِنَ اَلْجِنْسِ فَهَذَا مَا لاَ يَجُوزُ عَلَيْهِ لِأَنَّهُ تَشْبِيهٌ وَ جَلَّ رَبُّنَا عَنْ ذَلِكَ وَ تَعَالَى وَ أَمَّا اَلْوَجْهَانِ اَللَّذَانِ يَثْبُتَانِ فِيهِ فَقَوْلُ اَلْقَائِلِ هُوَ وَاحِدٌ لَيْسَ لَهُ فِي اَلْأَشْيَاءِ شِبْهٌ كَذَلِكَ رَبُّنَا وَ قَوْلُ اَلْقَائِلِ إِنَّهُ عَزَّ وَ جَلَّ أَحَدِيُّ اَلْمَعْنَى يَعْنِي بِهِ أَنَّهُ لاَ يَنْقَسِمُ فِي وُجُودٍ وَ لاَ عَقْلٍ وَ لاَ وَهْمٍ كَذَلِكَ رَبُّنَا عَزَّ وَ جَلَّ «Что касается тех двух [видов таухида], которые не дозволяется [применять] в отношении Бога, то [одно из них состоит] в том, чтобы говорить: «Бог один», подразумевая под этим численное единство. Такого рода [таухид] не дозволяется, ибо он не приличествует Ему, ведь Он не подлежит исчислению… [Второе состоит в том, чтобы] говорить: «Он один из людей», подразумевая под этим некий вид от рода. Этот [таухид] также не дозволяется, потому что подразумевает уподобление. Что касается тех двух [видов таухида], которые подтверждаются, то [один из них состоит в том, чтобы] говорить: «Он – Велик Он и Славен! – Один, и нет у Него никакого подобия среди вещей». Таков наш Господь. [Второе состоит в том, чтобы] говорить: «Он – Велик Он и Славен! – един по смыслу», имея под этим в виду, что Он не является делимым ни в бытии, ни в разуме, ни в представлении. Таков наш Господь – Велик Он и Славен!»(2). Как мы видим, Имам (мир ему!) считает две разновидности единства не приличествующими статусу Господа, признавая недозволенным относить его к Самости Бога: первая разновидность – это численное единство, причина отрицания которого состоит в том, что у численно-единого есть второе, третье и так далее, или хотя имеется возможность существования некоего второго бытия, тогда как в отношении Бога невозможно представить нечто второе. Вторая разновидность – это единство, которое характеризует какую-либо вещь по сравнению с другими вещами, обладающими с ней общностью в плане видовой или родовой принадлежности. В таких случаях у нас имеется понятие определенного вида или рода, которое можно отнести не только к рассматриваемой вещи, но и к другим индивидуумам (подобно тому, как мы можем назвать Зейда человеком и живым существом). Такого рода единство отвергается в отношении Пречистого Господа, потому что его непременным условием является то, что мы должны иметь в виду наличие аналогичных индивидуумов, которые будут обладать с ним общностью с точки зрения видовой (или родовой) принадлежности, а это есть не иначе, как уподобление Бога чему-то еще(3). Далее Имам (мир ему!) перечисляет два вида единства, которые дозволяется относить к Богу. Если поразмыслить над выражением Имама (мир ему!), то становится понятно, что эти два вида единства относятся к двум аспектам, которые мы упомянули, говоря о самостном единобожии, то есть бесподобности Божественной Самости и ее несоставности. Выражение «нет у Него подобия среди вещей» (лайса лаху фи ашйа’ шабахун) относится к первому аспекту, то есть к тому, что у Бога нет никакого подобия, аналогия или сходства с чем-либо, а выражение «Он – Велик Он и Славен! – един по смыслу» (иннаху ‘азза ва джалла ахадиййун ал-ма‘на) сообщает о втором аспекте, то есть несоставности Его Самости. Любопытно, что Имам (мир ему!) красноречиво упоминает о разновидностях многосоставности: по всей видимости, под «делимостью в бытии» понимается «делимость» в смысле объективной многосоставности, а под «делимостью в разуме» - умозрительная многосоставность (подобно многосоставности вещи, состоящей из бытия и сущности). «Делимость в представлении» имеет место в том случае, когда мы с помощью силы своего воображения делим некую вещь, не состоящую из актуальных частей (как в случае с делением времени на гипотетические отрезки). В любом случае, Имам (мир ему!) рассматривает самостное единобожие в значении отрицания всякого сотоварища и похожего у Бога, а также всякой многосоставности в Самости Бога, считая только такое понимание единобожия достойным Господа. Повелитель Правоверных (мир ему!) в другом месте отчетливо отрицает численное единство Бога: وَاحِدٌ لاَ بِعَدَدٍ وَ دَائِمٌ لاَ بِأَمَدٍ «[Бог] Единственен, но не в [смысле] численного [единства], и Вечен, но не в [смысле] временного срока»(4). Со слов Имама ас-Садика (мир ему!) так же передано, что он однажды спросил у одного из своих сподвижников о смысле слов «Аллах Велик!» (Аллаху акбар). Тот человек сказал: اَللَّهُ أَكْبَرُ مِنْ كُلِّ شَيْ ءٍ «Бог больше всякой вещи». Имам сказал: فَکَانَ ثَمَّ شَیْ‌ءٌ فَیَکُونُ اَکْبَرَ مِنْه‌ «Разве существует какая-то вещь [наряду с Богом], чтобы Бог был большее нее?» Потом Имам (мир ему!) сказал следующее о смысле слов «Аллах Велик!»: اللَّهُ اَکْبَرُ مِنْ اَنْ یُوصَف «Бог величественней того, чтобы Его описывали». Несомненно, в этом высказывании Имам (мир ему!) указывает на одну из самых глубоких степеней единобожия: чистое единобожие означает, что подлинное единство, абсолютное и бесконечное бытие Бога, в принципе, не оставляет возможности для Его сравнения с творениями, потому что всякое сравнение предполагает уподобление Бога чему бы то ни было другому. Конечно, чистое единобожие требует, чтобы мы считали Бога свободным от всякого описания, предполагающего уподобление. (1) Бихар ал-анвар. Т. 3. С. 14. (2) Ат-Таухид. Глава 3. Хадис 3. (3) Следует заметить, что видовое или родовое единство само по себе считается одной из разновидностей численного единства. В этом случае Имам (мир ему!) сначала в общих чертах отрицает численное единство, а затем конкретно опровергает видовое единство и сопричастность Бога другим вещам в видовых (или родовых) характеристиках. (4) Нахдж ал-Балага. Хутба 185.