Самостная воля и воля к действию

Как нам кажется, чтобы прояснить тему, нам нужно сначала дать ответ на вопрос о том, является ли воля одним из самостных атрибутов Бога или относится к атрибутам действия. Важность этого вопроса становится еще более очевидной, когда мы видим, что некоторые из упомянутых определений относятся только к самостной воле (например, четвертое определение), тогда как другие из них – исключительно к воле к действию (как в случае с третьим определением), а третьи – учитывают оба аспекта (например, третье определение). Поэтому было бы уместно перед рассмотрением определений выяснить, считать нам Божественную волю одним из самостных атрибутов или относить ее к атрибутам действия. Отвечая на этот вопрос, как нам кажется, можно отделить друг от друга два уровня – самостную волю и волю к действию, предложив для каждого из них свое собственное определение. Многие мутакаллимы и исламские философы считали, что самостная воля сопровождается самостным знанием Бога о наилучшем порядке вещей. В простом изложении эта теория состоит в том, что Бог обладает знанием об особенностях наилучшего устройства вселенной, то есть наилучшего из возможных положений в мире, и это знание является источником появления мира, так что самостная воля Бога есть не что иное, как упомянутое знание. Однако, как нам представляется, принятие этого мнения не исключает целого ряда затруднений. Если поразмыслить над смыслом воли и руководствоваться общепринятой практикой словоупотребления, мы поймем, что по смыслу воля – это не то же самое, что знание(1). С другой стороны, как мы увидим дальше, в некоторых преданиях отчетливо проводится различие между знанием и желанием. Если принять связку между самостной волей Бога и Его знанием о наилучшем устройстве, то становится проблематично представлять Божественную волю в качестве самостного атрибута, если только не сделать выбор в пользу пятого определения и не считать самостную волю Бога именно самостной свободой выбора, то есть считать Божественную Самость обладающей определенного рода бытийным совершенством, в силу которого Он не является подвластным и покорным какому-либо другому существу и совершает деяния на основе свободного выбора, без какого-либо принуждения или обязывания с чьей-либо стороны. Что касается воли к действию, то так же можно возвести ее к таким атрибутам, как любовь (хубб) и довольство (рида). Поэтому воля Бога к осуществлению какого-либо конкретного действия заключается в том, что Его любовь и довольство склоняются к его осуществлению. Но в этом случае тоже можно высказать замечание по поводу того, что, согласно данным нашей интуиции и внутреннего восприятия, воля по своему смыслу не тождественна любви или довольству. Имеется и другой вариант, когда мы говорим, что атрибут воли как атрибут действия выводится на уровень деяний Всевышнего, то есть на уровень создания и наделения бытием (конечно, с некоторыми оговорками). Это объясняется тем, что человеческий разум понимает, что бытие каждого творения в конкретный момент времени и в конкретной точке пространства неким особым образом является объектом знания и любви Бога, и Бог сотворил его по Своему желанию и без принуждения с чьей-либо стороны. Таким образом, источником выведения атрибута воли является рассмотрение этой особой связи между Богом и творениями. По этому поводу имеется еще одно мнение, согласно которому воля (как атрибут действия) выводится из связи Бога с тем действием, причины которого носят исчерпывающий характер. Таким образом, всякий раз, когда мы рассматриваем связь действия, у которого имеется исчерпывающая причина, с Божественной Самостью, мы выводим из нее атрибут воли и говорим: «Бог пожелал осуществления такого-то действия». (1) ‘Аллама Табатабаи (да пребудет с ним милость Аллаха!) в различных случаях подвергал критике теорию «связки между самостной волей Бога и Его знанием о наилучшем устройстве». См.: Та‘лиге бар Асфар. Т. 6. С. 315. Та‘лиге 3; ‘Аллама Табатабаи. Нихайат ал-хикма. Мархала 12. Фасл 13.