Аргумент в пользу духовно-телесного загробного существования

Несомненно, соответствие теории духовно-телесного загробного существования антропологическим основаниям и богооткровенным знаниям само по себе служит аргументом правильности этой теории. Однако иногда выдвигаются и самостоятельные аргументы в пользу правильности этой теории, на один из которых мы укажем в качестве примера: С точки зрения разума, счастье души заключается в познании Бога и любви к Нему, а счастье тела в восприятии тех или иных телесных вещей. С другой стороны, в этой жизни невозможно сочетать эти два счастья, и человек, погруженный в духовные удовольствия, лишается телесных удовольствий, и наоборот. Также, вне всякого сомнения, конечное счастье человека определяется сочетанием счастья души и тела, и, хотя в силу ограничений, присущих этому миру и человеческой душе, этого не происходит в земной жизни, этот идеал может быть беспрепятственно реализован только в загробном мире. Поэтому сочетание духовных и телесных удовольствий в загробной жизни – это нечто возможное, а поскольку конечная цель сотворения человека заключается в достижении этого счастья, это обязательно произойдет(1). (1) Этот аргумент в сокращенном виде, с некоторыми изменениями и дополнениями, приводится по следующей книге: Фахр ад-дин ар-Рази. Ал-Арба‘ин фи усул ад-дин. Т. 2. С. 71. Ибн Майсам ал-Бахрани приводит то же самое в своем труде «Кава‘ид ал-марам» (с. 157). Как можно заметить, эта аргументация не отличается особой убедительностью и неопровержимостью, и мы привели ее только для того, чтобы продемонстрировать пример богословской аргументации теории духовно-телесного загробного существования. Основной аргумент этой теории строится на нематериальности души, а также на многочисленных текстуальных аргументах, которые говорят о существовании в загробной жизни духовных и телесных наслаждений и мук.